Вы здесь: Главная > Российские беспилотники: что сделано и каковы результаты

Российские беспилотники: что сделано и каковы результаты

Тема беспилотников стала одной из наиболее актуальных в российских СМИ за последние несколько лет. И действительно многие военные эксперты не без оснований связывают успех войн будущего именно с дистанционно-управляемыми летательными аппаратами. В странах НАТО и в первую очередь США БПЛА стали набирать популярность с 90-х годов, когда появились первые ударные беспилотники MQ-1 Predator и новое.

поколения разведывательных БПЛА типа RQ-5 Hunter. После применения этих аппаратов в Югославии и в ходе иракской компании популярность авиационного ноу-хау стала набирать обороты. К середине нулевых количество выпущенных БПЛА НАТО всех видов и назначений перевалило за 50 тыс. Причем беспилотники стали появляться в армиях небольших государств. Так некоторые модели были приняты на вооружение армией Грузии, которые не раз использовались в ходе «пятидневной войны» в 2008 году. Тогда у ВС РФ в распоряжении были только «Пчелы» и «Шмели», которые не поднимались выше 100 м., «шумели как БТРы» и не имели возможности передавать на пункт управления видеосигнал в режиме реального времени. В то же время позиции наших войск регулярно разведывались БПЛА Грузии. Тогда же и были приняты решения о необходимости скорейшей разработки и внедрения в состав ВС РФ нового вида боевой техники.

Куда ушли деньги и каковы результаты?

Разработкой отечественных беспилотных летательных аппаратов было поручено заняться концерну радиостроения «ВЕГА», который тогда практически монополизировал производство беспилотников. При этом никакого технического задания выдано не было, а лишь выделено порядка 5 млрд. рублей на разработку «современных БПЛА для нужд армии». Время показало, что за три года деньги ушли попросту в никуда. Яркими примером тому является разведывательный БПЛА «Аист», который в начале 2010 года потерпел крушение в ходе испытательных полетов, не показав ничего выдающегося в плане летно-технических характеристик. По сути «Аист» — это аналог израильского БПЛА Searcher MkII, который выпускает концерн компании Israel Aerospace Industries (IAI). Как известно, БПЛА этого класса были закуплены Россией, а некоторые чиновники из Минобороны открыто говорили о том, что отечественные разработчики попытаются «скопировать» данные аппараты и в перспективе создать свои. Как оказалось, даже скопировать толком не получилось. Впрочем, к израильским беспилотникам мы еще вернемся, а пока, заканчивая с «Аистом», стоит отметить, что всего было построено три таких аппарата стоимостью каждого в 3 миллиона долларов.

Определенную надежду дает разработанный не так давно компанией «Транзас» БПЛА «Дозор-600». Этот летательный аппарат представляет собой разведывательно-ударный беспилотник и является своего рода аналогом американского MQ-1 Predator. Беспилотник предназначен для обнаружения и идентификации объектов

противника в режиме реального времени. Однодвигательный «Дозор-600» будет нести на борту системы сопровождения и целеуказания, радиолокационные, оптико-телевизионные и фотографические системы общей массой от 120 до 220 килограммов. Вместе с тем по ряду характеристик он уступает беспилотникам аналогичного класса других стран. Так, имея максимальную взлетную массу в 720 кг, он уступает по этому показателю новейшему израильскому Hermes 900 и американскому MQ-1C Grey Eagle, у которых она равняется 910 и 1450 кг соответственно. Такой показатель как масса полезной нагрузки также оставляет желать лучшего — у Дозора-600 она равняется 120 кг, в то время как у израильтян и американцев она доходит до 250-300 кг. Не дотягивает наш беспилотник и по практическому потолку полета, уступая вышеназванным конкурентам. При этом важно заметить, что российский БПЛА будет использовать тот же двигатель что и стоит на Hermes 900 и на «сером орле» — Rotax 914 F австрийского производства. Своих двигателей такого класса мы пока не делаем. Как видно из сравнительного анализа, до наших конкурентов за океаном нам предстоит еще проделать долгий путь.

Интересная история сложилась с еще одним отечественным проектом — первым российским ударным беспилотником «Скат», разработанным в РСК «МИГ». Впервые он был представлен на авиасалоне «МАКС-2007». «Скат» предполагалось оснастить турбореактивным двигателем РД-5000Б с тягой 5040 кгс. Фюзеляж,

выполненный по схеме «летающее крыло», был полностью собран из композитных материалов, способствующих снижению заметности. Использовалось убирающееся трехопорное шасси, а дальность полета и потолок составляли 4 тыс. км, и 12 км соответственно.

Вооружение должно было размещаться внутри фюзеляжа в двух отсеках боевой нагрузки длиной 4,4 м. На их внутренних подвесках «Скат» мог бы нести пару ракет «воздух-поверхность» или «воздух-РЛС», или пару корректируемых авиабомб (общей массой до 1 т). Работа по проекту стартовала в 2005 г., а на МАКС-2007 был создан уже полноразмерный макет, и следующим этапом должно было стать создание «летающей лаборатории» для окончательной доводки всех технологий и компонентов. В принципе, даже при наличии серьезной проблемы с автоматическим контролем полета со стороны электроники, в которой мы всегда отстаем, этот БПЛА к 2012 году можно было бы довести до ума и поставить на производство. Однако вскоре проект был закрыт. Головным разработчиком по созданию тяжелого ударного БПЛА был выбран «Сухой». Здесь не трудно догадаться, что на новый проект полились очередные реки бюджетных средств.

Таким образом, с 2008 по 2010 годы, истратив несколько миллиардов рублей, ничего поистине выдающегося отечественными авиаконструкторам беспилотной авиации добиться не удалось. Потраченные деньги испарились в бюрократическом пространстве, а аппаратов, отвечающих нуждам военных не появилось. Это и стало одной из причин неоднозначного решения Минобороны о закупке израильских беспилотников.

Про израильские беспилотники

Как известно в апреле 2009 года Минобороны подписало контракт с Israel Aerospace Industries (IAI) на поставку 12 БПЛА. Вскоре появились сообщения о покупке еще одной партии израильских БПЛА на сумму 100 и 300 млн. долл. В итоге в состав ВС поступили два «иностранца» — разведчики Searcher Mk2J и Bird Eye 400. В прессе сразу появилось море сообщений самого разного характера — одни говорили, что покупать беспилотники заграницей это бесперспективно и унизительно, другие наоборот утверждали, что эта покупка даст импульс нашим разработчикам, по принципу: купим, разберем, изучим, глядишь и свое свояем. Пока что, «своять» своего

или, говоря проще, скопировать у нас не сильно получается.

Начать стоит с того что те аппараты, которые израильтяне нам продали уже далеко не первой свежести. «Птичий глаз» (Bird Eye400), к примеру, разрабатывался на рубеже 90-х и нулевых годов, а первый полет совершил в 2003 году. Примерно тоже самое можно сказать и про Searcher Mk2J, который вообще был представлен публике в далеком 1998 году. Здесь важно учитывать тот факт, что технологическое развитие в беспилотной авиации идет чрезвычайно быстрыми темпами. Лидеры мировой индустрии беспилотных средств обновляют рынок с невероятной скоростью и то, что еще вчера было оружием — сегодня уходит в отставку. В итоге картина складывается не самая радужная — Россия попросту покапает беспилотники предыдущего поколения.

Немаловажен и тот факт, что иностранные производители ограничивают бортовое оборудование только оптическими системами наблюдения и не спешат продавать нам современные бортовые радиолокационные станции, комплексы радиоэлектронной разведки и радиоэлектронной борьбы, устанавливаемые на БПЛА военного назначения. Это особенно актуально в связи с тем, что Россия расположена в северных широтах, где облаччность и осадки являются скорее правилом, чем исключением. Соответственно беспилотники, оборудованные только оптическими средствами разведки, вряд ли смогут принести в наших широтах действенную пользу.

Но и это еще не все. Израильские беспилотники создавались для работы в условиях жаркого засушливого климата и никак не были рассчитаны на экстремально низкие температуры, характерные для большинства российских субъектов. Например, по сводкам Гидрометцентра за 2 февраля 2012 года температура от -20 до -50 градусов Цельсия наблюдалась на большей части территории страны. При таких температурах израильская техника работать не может. Неудивительно, что руководством Минобороны было принято решение потратить только на акклиматизацию израильских беспилотников 11 млрд. рублей — другими словами вложить еще 350 млн. долларов на научно-исследовательские работы по адаптации закупленных израильских беспилотников.

Таким образом, Россия рискует «остаться с большим носом», закупив быстро стареющие беспилотники да еще к тому же не приспособленные для работы в условиях северной страны. Отсюда простой вывод — надо развивать свою школу конструирования и сборки БПЛА. Возможно, для этого будет необходимо детально изучить опыт зарубежных стран путем покупки их аппаратов, но делать ставку на зарубежные аппараты просто бессмысленно. Израильтяне и американцы все равно никогда не продадут нам свои ноу-хау, а лишь ограничиться десятилетним хламом. Также это опасно с точки зрения безопасности. Недаром Пограничной службе ФСБ запрещено использование БПЛА не отечественного производства.

В будущее с надеждой

Несмотря на очевидные провалы и пустые денежные вливания, нельзя однозначно утверждать, что отечественная школа проектирования и создания БПЛА однозначно бесперспективная и поэтому «заграница нам поможет». Это далеко не так. За последние полтора два года появилось несколько очень интересных образцов.Такие новейшие российские беспилотные комплексы малой дальности и ближнего радиуса действия как «Орлан-10», «Элерон-3» и «Искатель» вполне могут быть приняты на вооружение и стать своего рода первым шагом России на пути создания отечественных БПЛА. Не в последнюю очередь такие надежды связаны со

сменой руководства в Минобороны. Еще один новейший российский БПЛА «Дозор-100» имеет максимальную взлетную массу 120-130 килограммов и может поднимать грузы массой до 25 килограммов. Автономность полета аппарата достигает восьми часов.

Интересны разработки Истринского Экспериментального Механического Завода. Например, беспилотный комплекс постановки радиоэлектронных помех «Истра», способный работать без использования спутниковой ГЛОНАСС/GPS навигации, используя инерциальную систему, и радиомаяковую систему для высокоточной посадки. Этот комплекс пока имеет небольшой боевой радиус — 250 км., но на заводе планируется освоить выпуск поршневого авиационного двигателя РИТМ, который позволит создавать аппараты большей дальности и автономности. Аппаратура РЭБ представлена набором сменных малогабаритных станций помех для подавления: систем радиосвязи, приемников спутниковой навигации, РЛС систем ПВО, системы государственного опознавания «свой-чужой», спутниковой телефонной связи, радиорелейных линийю

Росгидромет РФ давно использует БПЛА казанской компании «ЭНИКС». Аппараты «Элерон-3» использовались на полярных станциях «Северный полюс», а «Элерон-10» в прошлом году прошел испытания на Шпицбергене. Также эти аппараты использует ФСБ России.

Роскомнадзор будет использовать БПЛА НПЦ «НЕЛК» по обеспечению радиоконтроля эфира. Аппараты компании также будут участвовать в конкурсах на проведение ОКР министерства обороны.

В первом квартале этого года закончатся предварительные испытания БПЛА «Орлан-30» разработки ООО «Специальный технологический центр» (СТЦ), по результатам он будет доработан и передан на госиспытания в интересах Минобороны. Расчетная продолжительность полета аппарата составляет 10-20 часов в зависимости от массы целевой нагрузки, при стартовой массе всего 27 кг., высоте полёта 4500 м. и возможности взлёта и посадки «по самолётному».

Наконец сейчас начались разработки отечественных ударных БПЛА. ТЗ для этой работы также было получено в апреле этого года. Разработчиком такого аппарата весом больше 5 тонн выбрана компания «Сухой», а БПЛА до 5 тонн — ОКБ Сокол и «Транзас». Судя по СМИ, использовать их будут на Северном Кавказе. Пока о результатах говорить рано, однако хочется надеяться, что вкладывание денег в эти проекты дадут хоть какую-то отдачу.

Кроме того России необходимо развивать тесное сотрудничество с дружественными странами по СНГ и Таможенному Союзу. К примеру, в Белоруссии работает очень интересное КБ «ИНДЕЛА», достигшее больших успехов в создании БПЛА вертолётного типа. На базе 558-го авиационного ремонтного завода ОАО «АГАТ — системы управления» совместно с «ИНДЕЛОЙ» готовятся к выпуску мини-БПЛА, аппараты ближнего действия и беспилотники малой дальности. Также ведутся разработки по аппаратам средней и большой дальности. Однако как это неудивительно, но сотрудничество с этой белорусской компанией российским Минобороны не ведётся. В отличие от холдинга «Вертолёты России», выбранного головным подрядчиком по БПЛА вертолётного типа, «ИНДЕЛА» имеет ряд готовых и успешно продаваемых образцов в лёгком классе. Не только сами БПЛА, но и средства навигации и связи у белорусов выполнены на собственной базе. Такое сотрудничество было бы куда предпочтительней адаптации австрийских Camcopter S-100, уже выпускающихся в Ростове-на-Дону, под нужды силовых ведомств.

Вообще, если говорить об отечественном беспилотном авиапроме в целом, то на первый план выходят три ключевые проблемы, которые отчасти характерны и для большой авиационной промышленности. Во-первых, серьезное отставание в развитии двигателестроения. Сейчас на постсоветском пространстве качественные двигатели, в том числе и для беспилотников выпускают разве что на украинском предприятии «Моторсич». Во-вторых, это уже упоминавшееся отставание в области электроники и цифровых системах, которое продолжается не одно десятилетие. Наконец еще одна проблема — это кадровый голод. Дефицит качественных специалистов сейчас ощущается во всех сферах. Решение хотя бы части этих проблем и лежит в тесном сотрудничестве с нашими украинскими и белорусскими партнерами.

Сейчас абсолютно точно ясно, что войны будущего будут характеризоваться минимализацией человеческого фактора и упором на искусственный интеллект. Первые пробы этого будущего уже идут полным ходом в лице беспилотной авиации, в которой мы пока больше тратим, чем получаем. Вместе с тем в будущее отечественной беспилотной авиации хочется смотреть с надеждой и оптимизмом. У России уже есть неплохой потенциал, который нужно дорабатывать и приумножать, может быть даже путем приобретения зарубежных образцов для изучения и накопления опыта. Однако ни в коем случае нельзя делать однозначную ставку на БПЛА иностранного производства. Такое государство как Россия без наличия своей школы конструкции планеров, приборостроения, двигателестроения в войнах будущего будет обречено.